Military Crimea

О.Тодер
Французская артиллерия в 19-м веке

 

К середине девятнадцатого века, Франция претендовала на роль законодательницы мод в области военного дела и вооружений. Еще при «старом режиме» французские артиллеристы, пытаясь упорядочить огневые и весовые характеристики королевской артиллерии, придерживались «системы Вальера» 1732 года, оказавшейся не совсем удачной. В 1776 году на смену ей пришла система генерала Грибоваля, пытавшегося привить французским пушкам лучшие черты австрийских и прусских орудий. Итогом громадных усилий, многочисленных официальных прений и обычных в подобных случаях «подковерных игр» к моменту революционных войн Франция обладала мощной и хорошо организованной артиллерией, помогавшей армиям Республики, а затем Империи, творить чудеса.
По окончании Наполеоновских войн развитие французской артиллерии затормозилось. Стагнация продолжалась до 1822 года, когда генерал Чарльз Сильван граф де Вали — новый инспектор Артиллерии, начал очередную реорганизацию, закончившуюся в 1828 году созданием системы, получившей наименование «системы Вали». Мероприятия предусматривали различные технические усовершенствования систем Грибоваля и Наполеона XI-го года и были направлены главным образом на повышение мобильности артиллерии, упрощение обслуживания, стандартизацию передков и колес и использование всего двух типов лафетов. Новые лафеты полевых орудий позволяли двум номерам расчета сидеть на зарядных ящиках во время движения батареи, а, следовательно, всегда находиться при орудии. Усовершенствовали и сами пушки, сделав их немного легче и дальнобойнее. Орудия системы Вали использовались при захвате Алжира (1830), взятии Константины (1837) и в ходе Крымской войны (1853-1856).
Наиболее ярким представителем этого семейства стало 12-см горное орудие образца 1828 года. Еще во время Испанской кампании 1810-12 годов французы столкнулись с испанскими 12-см бронзовыми гаубицами, отлитыми в Севилье, возимыми на спинах мулов. Похоже, до этого времени никто кроме Испании не уделял внимания созданию эффективных горных орудий. Маленькие испанские гаубицы проявили себя гораздо лучше 2-фунтовых и 4-фунтовых испанских пушек, так же, как и 3-фунтовых французских, использовавшихся в горах. Когда в 1821 году французским артиллеристам поручили отобрать образцы орудий, несших службу в Пиренеях и Альпах для сравнительных испытаний, те, кроме собственно французских орудий, предоставили различные британские, испанские и итальянские пушки. Французы отлили 50 прототипов стволов: 30 орудийных и 20 гаубичных и испытывали их наряду с десятью существующими модифицированными системами.
В 1825 году дискуссию «пушка против гаубицы» решили в пользу гаубицы. Затем отлили еще 26 стволов, и провели дополнительную серию испытаний. В результате в умах ветеранов, хорошо помнивших Испанскую кампанию, сложилось окончательное решение: стокилограммовый двенадцатисантиметровый ствол на стокилограммовом лафете. 17 мая 1828 года Военное Министерство официально приняло на вооружение горную пушку-гаубицу, получившую обозначение «Obusier de 12 de montagne, Mle 1828», хотя орудию еще предстояло три года полевых испытаний.
Это орудие, использовавшее «патронированный» (encartouchИ) боеприпас, имело дальность стрельбы 1200 м и могло транспортироваться в разобранном виде двумя мулами. Великолепно проявив себя в Алжирской кампании, оно до 1860 года оставалось любимицей артиллеристов Второй Республики.
В 1853 году на поле боя появились гладкоствольные орудия нового поколения, так называемые пушки-гаубицы «Canon obusier de campagne de 12 cm, Mle 1853», также известные как «Canon de l’Empereur» или «Наполеоны», поскольку считается, что своим появлением они обязаны французском императору Наполеону III. Новые орудия помимо ядер могли стрелять гранатами, что представляло собой значительный шаг вперед.
С их появлением утратили боевую ценность полевые орудия предыдущего поколения, главным образом Canon de 8 и Canon de 12, так же как и две гаубицы системы Вали. «Наполеоны» были достаточно легкими, чтобы перемещаться по полю боя и достаточно мощными для разрушения полевых укреплений с дистанции в полтора километра. Но дни гладкоствольной артиллерии подходили к концу и вскоре новые нарезные орудия основательно потеснили «Canon de l’Empereur»
Проекты французских нарезных орудий появились еще в 1832 году, но реально работы по их созданию начались лишь в 1844 году. Одновременно велась разработка новых типов боеприпасов — литых удлиненных разрывных снарядов с направляющими цинковыми выступами и взрывателями способными работать как «на время», так и «на удар». Параллельно, с 1847 года, изучалась возможность заряжания орудий с казенной части. Но в данном вопросе артиллеристы столкнулись с проблемой сильной утечки пороховых газов в момент выстрела, которую сумели решить лишь в 1860 году, когда Трель де Болье создал работоспособный поршневой затвор. Перед конструкторами стояла еще одна серьезная проблема — материал для новых стволов. Французские металлурги никак не могли получить качественную сталь со стабильными свойствами в нужных для промышленного производства масштабах, поэтому почти до франко-прусской войны 1870 года армия широко использовала бронзовые стволы.
Подполковника (впоследствии генерала) де Болье, с 1840 года занимавшегося вопросами создания нарезного оружия, можно с полным основанием назвать отцом французской нарезной артиллерии. Работая над новыми орудиями, он опирался на поддержку президента Артиллерийского Комитета генерала Ла Хитте, способствовавшего принятию новых систем на вооружение. В своем докладе на Лондонской Выставке 1862 года де Болье не забыл упомянуть имя Ла Хитте, который: » взяв на себя ответственность за внедрение новых принципов, энергично проводил их в жизнь. Главным образом его твердой вере в эти принципы следует приписать успех нового оружия».

 

 

Канал ствола дульнозарядного орудия, выполненного по новой системе, имел шесть нарезов. В нарезы входили выступы, закрепленные на обтекаемом удлиненном корпусе снаряда. При разработке самих снарядов интенсивно использовались работы капитана Тамисье, долгое время изучавшего динамику полета обтекаемых тел.
Наполеон III, по ряду соображений, главным образом финансовых, решил продлить жизнь своим любимым «Canon obusier de 12» приказав нарезать их стволы по системе Ла Хите. Кроме перенарезанных «Наполеонов» новая система включала обновленные осадные орудия «12», «16» и «24», новые полевые орудия «4» и «12» и горное орудие «4».
С введением нарезных стволов и удлиненных снарядов, заменивших старые ядра, орудия могли стрелять гранатами почти в два раза тяжелее, чем ядра того же калибра. Орудия Ла Хитте продолжали носить традиционные обозначение «4», «12» и т.д., но цифры теперь больше соответствовали килограммам, чем французскому фунту. Например «Canon de campagne de 4 La Hitte » стреляло снарядами, весящими почти 4 кг. Подобным же образом Canon de 12 La Hitte, в основе которого лежал «двенадцатый Наполеон» теперь использовало 11,5 кг гранаты взамен 4,1 кг ядер «Наполеона». Дальность стрельбы новых полевых орудий превышала 3000 метров.
Боевые качества новых орудий, отличившихся в во время итальянской кампании 1859 года, вполне удовлетворяли и французский генералитет, и Наполеона III, в итоге, в войну 1870 года французы вступили большей частью с бронзовой, дульнозарядной артиллерией, которой противостояла стальная, казнозарядная артиллерия пруссаков.
К концу войны на вооружение французских батарей поступили первые казнозарядные «Canon de 7» 85-мм орудия де Реффи (первоначально имевшие бронзовый ствол с четырнадцатью нарезами).
Кроме поршневого затвора орудия отличалось таким нововведением, как раздельно-гильзовое заряжание, значительно повышавшим скорострельность (до 6-7 выстрелов в минуту). К тому же расширяющаяся гильза обеспечивала надежную обтюрацию. Дальность стрельбы гранатой весом 7,1 кг достигала 5800 метров.
В 1873 году де Реффи представил облегченную версию орудия калибром 75 мм «Canons de 5», стрелявшую 4,9 кг гранатой на дальность 6400 м. Эти орудия стояли на вооружении конно-артиллерийских батарей до 1878 года, а фортификационных сооружений до 1884 года.
Завершало «систему Реффи» 138-мм осадное «Canon de 138, Mle 1874», переделанное из старого бронзового «Canon de 16».
Орудие весом 3840 кг посылало 24-кг снаряд на дистанцию 7750 м.
В качестве позиционного оно стояло в строю до 1882 года, а в качестве крепостного до 1900.
Кроме казнозарядных орудий с именем де Реффи связано принятие на вооружение французской армии такого своеобразного оружия как «Митральеза». Традиционно ее родителем считают капитана бельгийской армии Фафсхампса, предложившего ее в 1851 году бельгийскому оружейному мастеру Джозефу Монтиньи. Но, если быть точным, митральеза была не революционным изобретением, а, подобно множеству других, эволюционным развитием идеи многоствольного орудия с богатой и долгой историей. Но, как бы то ни было, в результате сотрудничества Фафсхампса, Монтиньи и компании «Fusnot» родилась система, по праву претендующая на звание первого автоматического орудия. Первоначально оно имело 50 стволов, способных стрелять залпом. Орудие предполагалось использовать для защиты крепостей. Сам автор назвал его «carabine multiple». Монтиньи усовершенствовал орудие, представив в 1863 году 37-ствольную мобильную версию Наполеону III.
Орудие произвело впечатление на императора, считавшего себя экспертом в вопросах артиллерии. Возможно Наполеон III, убедившись в ходе Итальянской кампании 1859 года, что французские винтовки проигрывают по своим баллистическим качествам австрийским винтовкам Лоренца, надеялся, что новое оружие станет козырным тузом французской армии. Он поручил де Реффи, совместно с Монтиньи обеспечить производство митральез.
С 1866 года новое оружие начало изготавливаться во Франции, как 25-ствольная 13-мм митральеза де Реффи или «Canon Ю balles». Кроме того, французская армия располагала некоторым количеством подобных 13-мм 30-ствольных орудий конструкции Болли.
Работая в личном Арсенале Наполеона III в Шато-де-Медон, Реффи изготовил митральезу, способную вести огонь на дистанции 1500-2500 метров. Внешне она напоминала обычную полевую пушку на колесном лафете, возимую упряжкой из четырех лошадей.
Митральеза изготовлялась и испытывалась в атмосфере повышенной секретности (хотя, насколько секрет оставался таковым — вопрос открытый). Средства брались из особого фонда императора и даже не фигурировали в армейской бюджете. Для сохранения секретности стволы (правительственный арсенал не мог их изготовить, и заказ разместили в кампании «Petin-Gaudet»), затвор и боеприпасы производились в разных местах. Финальная сборка осуществлялась на заводе Реффи в Медоне. Бюджет Арсенала в 1864 году составлял 364000 франков, из которых около больше половины направили на изготовление 80-90 митральез. Ожидалось, что они будут готовы к 1 марта 1865 года. Но из-за производственных трудностей в 1965 году выпустили всего 25 орудий. Зато в следующем изготовили 100.
Не смотря все меры секретности, слухи о митральезе все равно просочились в печать. В 1867 году британская пресса писала, что французский император мастерит какое-то легкое пехотное орудие: «Ходят слухи о необычном полевом орудии, изобретенном самим императором. Говорят, что несколько уже изготовлены и проходят интенсивные испытания. Но сведения о природе этих пушек еще не просочились вовне, и все связанное с ними сохраняется в строгой секретности. Пушки императора, по всей видимости, представляют собой очень легкие образцы, возможно двухфунтовые или даже легче, предназначенные для той же цели, что и орудия, демонстрируемые мистером Витвортом». Но то, что сведения о новом оружии были хорошо известны наиболее вероятному противнику, выяснилось лишь накануне войны, когда в Пруссии напечатали пропагандистский памфлет, в котором упоминалось орудие «с более чем двадцатью стволами, имеющее весьма небольшой конус рассеивания».
Орудие де Реффи имело 25 стволов калибром 13 мм, стрелявших пятидесятиграммовым пулями. Скорость пули была необычайно высока для того времени (около 530 м/сек) благодаря высокому отношению веса заряда к весу пули: почти 1:4 (больше чем в винтовках Шассо 1:5 и Дрейзе 1:6). Комбинация высокой скорости и тяжелой пули оказалась сверхэффективной.
Энергия пули митральезы, в 4-5 раз превосходила энергию пули, выпущенной из винтовки Дрейзе. Но, по мнению де Реффи, сравнение огня митральезы с винтовочным огнем, говорило о непонимании роли нового оружия. Это орудие могло действовать на дистанции недоступной винтовке и компенсировало отсутствие картечи на расстоянии в 1000-2500 метров. Де Рефи был искренним приверженцем митральез, рассматривая их как особый вид артиллерии. Он писал: «Использование митральезы имеет мало общего с использованием обычного орудия. Ее появление привносит в артиллерийскую тактику серьезные изменения. Очень мало офицеров понимают, как следует применять это оружие, опасное лишь при использовании должным образом. Ярых сторонников митральез можно встретить среди молодежи, которые использовали их во время войны, но гораздо меньше приверженцев встречается в среде старших офицеров».
Во французском руководстве 1874 года, написанном с учетом реального боевого опыта, наиболее полно отражен взгляд разработчиков на тактическое использование митральез: «С улучшением и принятием на вооружение казнозарядных нарезных ружей, орудия, даже будучи казнозарядными, потеряли одно из своих главных преимуществ над оружием пехоты: дальность винтовочной стрельбы возросла вчетверо, а скорострельность десятикратно, в то время как у орудий дальность стрельбы возросла втрое, а скорострельность почти не изменилась. Во время боя возникает множество моментов, когда пехота, сближается с артиллерией на дистанцию действенного ружейного огня. В подобных обстоятельствах артиллерия не может противостоять скорострельным винтовкам, и если пехота, не пугаясь грохота орудий и разрывов снарядов, продолжит решительное движение, батареи окажутся беззащитны и будут приведены к молчанию вследствие уничтожения их расчетов. Со времен американских войн предпринимались попытки создать оружие, имеющее скорострельность винтовочного огня но превосходящее винтовку по дальности стрельбы — оружие уверенно поражающее кавалерию и пехоту на дистанции, где картечь теряет свою эффективность. Таковыми являются «пулевые орудия» способные вступать в бой на дистанции 900-2500 метров, и действующие с большей точностью, чем старая картечь, которая на сегодняшний день выглядит почти бесполезной».
Если внимательно прислушаться к де Реффи, то можно понять, что он считал основным достоинством митральезы ее эффективность на больших дистанциях.
С высоты сегодняшнего дня, историки часто выступают в роли слишком суровых судей. Это коснулось и митральезы. На нее довольно смело навешивают ярлык несовершенного, неэффективного оружия, стрелявшего неточно и расточительно. Но подобные оценки обусловлены скорее всего анализом более позднего опыта массированного использования пулеметов, особенно во время Первой Мировой войны. Если же исходить из недостаточного опыта ее современников, технических реальностей тех дней, тактической концепции использования митральезы как дальнобойного противопехотного оружия, то она вполне отвечала стоящим перед ней задачам.
Боевая скорострельность орудия колебалась от 75 до 125 выстрелов в минуту, в то время как максимальная достигала 200 выстрелов. Одна батарея из шести орудий имела боезапас в 43200 патронов, которых хватало на 1728 залпов (288 25-патронных обойм для каждой митральезы), что теоретически обеспечивало полтора часа ведения непрерывного огня. Считается, что перед войной 1870 года французы имели 190 митральез. Устав предполагал одну шестиорудийную батарею на дивизию, заменявшую батарею «Canon de 4». В итоге каждая французская дивизия имела три батареи «Canon de 4» и одну батарею митральез.
На поле боя митральезы великолепно зарекомендовали себя как противопехотное оружие и оказались практически бесполезны в контрбатарейной борьбе (в которую их постоянно втягивали). Поражение Франции в войне, легло незаслуженным темным пятном на репутацию «секретного оружия Императора». Несомненно, если бы итог войны был иным, митральезу до сегодняшнего дня прославляли бы как оружие, изменившее тактику боевых действий.
В Южную Африку митральеза попала в качестве подарка, полученного президентом Южно-Африканской Республики Бургерсом во время его посещения Европы в 1874 году. Это было одно из трофейных орудий, захваченных прусаками у французов. Орудие использовалось трансваальской артиллерией в учебных целях, но в 1877 году было реквизировано британцами и стало частью вооружения гарнизона Претории.
Война 1870 года дискредитировала не только митральезы, но и всю военную систему Франции, одновременно послужив толчком к ее реформированию. Уже в первых боях французские батареи часто приводились противником к молчанию, и нередко в рапорты с поля боя сообщали, что: «прусские орудия обладают большей скорострельностью, наши снаряды недостаточно эффективны, наши ударные взрыватели низкого качества, прусские батареи более мобильны, стрельба прусаков более точна…»
Уроки, из этого поражения вынесли не только нижние чины, но и лица, ответственные за состояние артиллерии. 28 июня 1870 года, Министр Обороны генерал Фло, писал председателю Артиллерийского Комитета: «Генерал, в свете последних событий войны и, в частности, событий в Париже, где артиллерия сыграла огромную роль, мне кажется необходимым проанализировать все достоинства и недостатки материальной части и в минимально возможные сроки произвести необходимые улучшения… Работа, которая ложиться на Комитет, потребует значительных усилий. Вопросы программы должны рассматриваться в следующем порядке: первая неотложная помощь артиллерии…» Что может быть яснее.
Задачи совершенствования материальной части артиллерии очерчивались министерским циркуляром от 5 августа 1871 года, определявшим требования к новому легкому орудию: «Ствол стальной, нарезной, заряжание с казны, лафет железный». Исходя из этих принципов в августе 1874 года инспектор Политехнической школы полковник Анри де Лахиттоле, сконструировал и представил свое 90-мм полевое орудие, ставшее первым серийным французским орудием со стволом отлитым из стали и скрепленным кольцами «обработанного железа». Для предотвращения прорыва газов через затвор Лахиттоле использовал «асбестовый» обтюратор де Банжа. Затем последовал усовершенствованный вариант калибром 95 мм. В ноябре того же правительство выдало заказ на орудия для вооружения двух батарей, и с 1875 года новые пушки начали поступать в войска.
В 1888 году, после некоторого изменения конструкции казенной части (запальное отверстие с верхней части ствола переместили в осевую часть поршня затвора), орудие получило наименование «Canon de 95 Mle 1888» и оставалось в резерве до Первой Мировой войны.
Решение Военного Министерства оставить орудие Лахиттоле в строю, кроме финансовых соображений, объяснялось и тем, что, несмотря на меньшую точность, его снаряд был на три килограмма тяжелее снаряда аналогичного орудия де Банжа.
Кроме полевого варианта орудие использовалось на («sauterelle» или «d’affШt omnibus») осадном лафете дальность стрельбы с которого повышалась до 10 км. В начале Первой Мировой войны Франция имела на вооружении более 1500 таких орудий
Со своей стороны не терял времени и полковник де Банж. В январе 1877 года его орудия калибром 80 и 90 мм прошли сравнительные испытания. В составленном заключении пять членов комиссии из десяти высказались в пользу затвора конструкции де Банжа.
23 января Военный Министр утверждает заключение комитета и армия принимает орудия де Банжа. Французское правительство признало заслуги и де Лахитолле, и де Банжа. Оба изобретателя были награждены в равной степени «…за большую и интеллектуальную работу, которую они проделали в связи с реорганизацией материальной части артиллерии…»
Французская артиллерия в полной мере усвоила уроки поражения. Производство орудий развернулось полным ходом. К 1880 году армия получила 380 стационарных батарей (batteries montИes), 57 конных батарей и 57 полевых (пеших) батарей: всего (494 батареи) удвоив артиллерийский парк в сравнении с 1860 годом.
После 1883 года претерпела некоторые изменения и структура осадной артиллерии. Была создана крепостная артиллерия (l’artillerie de forteresse) в состав которой вошли 16 батальонов по шесть полевых (пеших) батарей, то есть 96 дополнительных батарей.
Наконец, в 1888 году, почти одновременно, была сформирована горная артиллерия (l’artillerie de montagne) разделенная между 14-й артиллерийской бригадой (2-й артиллерийский полк) и 15-й артиллерийской бригадой (19-й артиллерийский полк).
Чарльзу Рагону де Банжу удалось осуществить давнюю мечту французских военных, внедрив законченную систему нарезной казнозарядной артиллерии, включавшую весь необходи-мый взаимодополняющий ряд орудий. Его орудия проектировались по спецификациям французской армии, армейским офицером, в правительственном Арсенале. В отличие от конкурирующей «системы Крупа», они не предназначались для экспорта.
Де Банж родился 17 октября 1833 года. Лейтенантом 8-го полка конной артиллерии он участвовал Итальянской Кампании и отличился у Палестро и Солферино. Имея репутацию технически грамотного специалиста, с 1860 по 1862 год отвечал за береговую оборону Брестского Арсенала. В 1862 году, в чине капитана был командирован на металлургический завод в Ньевер, а затем в августе 1864 на «Manufacture d’armes de ChБtellerault». В 1866 году работал на заводе по производству взрывчатых веществ в Меце. После командования с 1867 по 1868 года 9-м артиллерийским полком, назначается помощником директора измерительных мастерских центрального артиллерийского депо Парижа, и остается на этой должности всю войну.
Командир эскадрона в феврале 1874, подполковник в январе 1878, полковник в ноябре 1880, 11 марта 1882 года он добивается выхода в отставку, чтобы возглавить «заводы Кайля» в Гренелле, Денене и Дуэ, имевшие необходимый инструментарий для разработки и производства нового вооружения. До 1889 года, руководя этими заводами, де Банж постоянно совершенствовал свои разработки, но затем область его интересов сместилась в сторону железнодорожного транспорта. Этот выдающийся француз умер в самый канун Первой Мировой войны.
«Нормальный ряд» де Банжа включал следующие орудия: горное «Canon de 80 de montagne, Mle. 1877», полевое/конно-артиллерийское «Canon de 80 de campagne, Mle. 1877», полевое, осадное и крепостное «Canon de 90, Mle. 1877», осадное и крепостное «Canon de 120, Mle. 1878», осадное и крепостное «Canon de 155, Mle. 1877» и созданную на основе укороченного ствола 155 мм крепостную гаубицу на S-образном лафете, прозванном «лебединая шея». Именно с двумя последними орудиями связано принятие французами калибра 155 мм, который постепенно стал всемирно признанным стандартом.
Более тяжелые стволы представляли 220 мм осадная и крепостная мортира 1880 года и 270-мм мортира 1885 года. Простые, надежные и мобильные, эти орудия перекрывали все потребности французской армии того времени в прямом и навесном огне, в поле, горах, при осаде и береговой обороне.

Самым легким орудием этого ряда было горное «Canon de 80 de montagne, Mle. 1877», поступившее на вооружение горных батарей 25 июля 1878 года.
Пушка могла транспортироваться как на колесном ходу, так и во вьюках, разбираясь на три части: ствол, лафет и колеса. Орудие имело укороченный (в сравнении с полевым орудием того же калибра ствол и более низкий лафет. Для контроля оката использовались подпружиненные цепи-оттяжки, крепившиеся за хобот лафета и за спицы колес. При весе 310 кг вместе с лафетом, орудие стреляло на дальность 4100 м, используя те же снаряды, что и полевое орудие данного калибра, но впускаемые с меньшей начальной скоростью: гранаты образца 1877 года, шрапнель 1885 года, стальные удлиненные гранаты 1890 года и осколочные гранаты 1895 года. Учитывая невысокую начальную скорость (250-380 м/с) снаряды оснащались более чувствительными ударными взрывателями.
Малоизвестной особенностью горных орудий де Банжа была их способность бросать мины. Сняв колеса и удлинив хобот лафета, расчет получал возможность метать «bombes cylindriques» — мины, снабженные хвостовиками. Эти мины не имели перьев, получая вращение во время движения хвостовика по нарезному стволу. Мина, в зависимости от модели, снаряжалась от 18 до 35 килограммами взрывчатого вещества. В варианте миномета дальность стрельбы составляла порядка 300 м. Но артиллеристы с крайней неохотой использовали мины, опасаясь поражения осколками собственных боеприпасов.
Полевая/конно-артиллерийская версия орудия, была разработана в 1877 году и выпускалась с 1879 года. Стальной ствол длиной 2,28 м весил 423 кг, а все орудие около 950 кг. Орудие посылало гранату весом в 4,9 кг на дальность до 7100 м. Кроме гранаты использовалась картечь и шрапнель. Лафет, за исключением размеров и некоторых деталей, по конструкции идентичен 90 мм версии.
В качестве основного полевого орудия французская армия приняла 90-мм орудие де Банжа «Canon de 90, Mle 1877»
Орудие получилось надежным и достаточно легким (1210 кг). Максимальная дальность стрельбы составляла 6900 м при весе снаряда около 8 кг. Снаряды: граната, шрапнель, картечь. Орудие интересно еще и тем, что для борьбы с откатом 1888 года оно оснащалось «канатным тормозом» капитана Лемони 1888 года — при откате канат, наматываясь на боевую ось, прижимал к ободу колеса тормозную колодку.
В соответствии с французской военной доктриной осадная артиллерия предназначалась для «…борьбы и приведения к молчанию артиллерии осажденного противника, которая обычно состоит из орудий большого калибра; приведения в негодность укрепленных артиллерийских позиций; разрушения укреплений и укрытий; разрушения крепостных сооружений; разрушения и обеспечения проходов для наступающих колонн.
Для выполнения поставленных задач она должна обладать мощными орудиями, с большой дальностью стрельбы, достаточной точностью не только при стрельбе прямой наводкой, но и при навесной стрельбе… вот почему осадная артиллерия должна состоять из стволов большого калибра». 11 мая 1874 года Военное Министерство утверждает калибры 120, 155 и 220 мм для крупнокалиберных орудий и 220, 270 мм для нарезных мортир
«Canon de 120-mm, Mle 1878» принято на вооружение в декабре 1878 года. Ствол монтировался на крепостной лафет, аналогичный лафету 155-мм орудия. Дальность стрельбы 20-кг снарядом достигала 11000 м для модели с длинным стволом и 8000 м для укороченной. Поскольку тормозные башмаки не обеспечивали достаточного контроля отката, лафет оснастили гидравлическим тормозом («frein hydraulique modХle 1883») сконструированным и изготовленным «Compagnie de Saint Chamond». Одним концом тормоз крепился к вертлюгу, зафиксированному на платформе, а другим к хоботу лафета. Это устройство, применявшееся и с 155-мм орудием, позволяло сократить откат до метра.
Одновременно со 120-мм орудием была разработана и его 155-мм версия, прославившаяся в ходе англо-бурской войны (знаменитый «Лонг Том»). Подробнее это орудие будет рассмотрено ниже.
В 1881 году французские конструкторы предложили укороченную модификацию 155 мм орудий, на «S» — образном лафете. Дальность стрельбы составляла около 6300 м.

Завершали «систему де Банжа» две тяжелые нарезные мортиры. К 1880 году французы создали крупнокалиберную 220-мм мортиру на лафете скользившем при выстреле по деревянной платформе.
Мортира стреляла снарядами весом в 98 кг, используя 6 килограммовый заряд. При угле возвышения 44 градуса, дальность стрельбы составляла 5200 м. Скорострельность достигала одного выстрела в три минуты. Вес мортиры в боевом положении составлял 4150 кг. Для транспортировки на лафете предусматривалось место для установки двух колес, а сама мортира могла цепляться к специальному передку.
270-мм нарезная мортира 1885 года по конструкции напоминала 220-мм модель. При весе в боевом положении 10800 кг, орудие требовало для своей установки многочисленных грузоподъемных приспособлений.
Орудие обслуживал расчет из 11 рядовых и двух унтер-офицеров. Скорострельность не превышала одного выстрела в три минуты.
Максимальная дальность стрельбы снарядом весом от 180 до 230 кг составляла 8000 м. Для транспортировки мортиры требовалось три повозки.
Таким образом, в конце 80-х годов девятнадцатого века Франция сумела реализовать единую систему артиллерии, охватывавшую полевую, осадную и береговую артиллерии. Однако оставалась еще одна проблема — переход на новые типы пороха и взрывчатых веществ. Работы по созданию малодымных и бездымных порохов велись во всем мире. Первым реального успеха добился французский химик Поль Вьель, создав в 1884 году безопасный в обращении бездымный пироксилиновый порох. Собственно пироксилин был получен еще в 1846, но химики долго не могли отработать технологию получения стойкого и безопасного в обращении продукта. Вьель, растворив пироксилин в смеси спирта и эфира, получил тестообразную массу, которая после прессования и сушки дала прекрасный порох. Из соображений секретности новый порох получил название «Poudre V» а затем «Poudre B». Порох Вьеля практически не давал дыма и, будучи в несколько раз мощнее черного, позволял использовать заряды меньшего веса, к тому же срабатывавшие даже при повышенной влажности. Вначале порох Вьеля использовался в патронах к винтовке Лебеля, которую приняла на вооружение французская армия, а затем и в новых французских орудиях
Одновременно удача улыбнулась разработчикам боеприпасов. После того, как в 1885 году немцы создали новый тип снаряда, начиненный бризантным взрывчатым веществом «Шпренгкорпером», французский химик Тюрпен, развивая работы немца, Германа Шпренгеля, открывшего способность пикриновой кислоты к детонации, обнаружил, что в сплавленном виде это вещество хорошо детонирует. Он и предложил собственный способ прессования и литья пикриновой кислоты. Экспериментальные стрельбы новыми боеприпасами показали, что существующие укрепления не в состоянии полноценно противостоять крупнокалиберным мортирам со снарядами, начиненными новым взрывчатым веществом. В мире разразился так называемый «минно-торпедный» кризис 1886 года. В 1887 году французское правительство приняло на вооружение новый вид взрывчатого вещества с добавками нитроцеллюлозы под наименованием «мелинит», поскольку его цвет напоминал цвет меда. Можно отметить, что с 1888 года, Британия начала производство подобного же взрывчатого вещества в Лидде под наименованием «лиддит», а японцы, слегка изменив формулу, создали «шимозу».
Одним из центров главных центров французской индустрии вооружений стал Крезо или «Le Creuzot» — город в департаменте Сона и Луара, возникший в конце восемнадцатого века на месте разработок каменного угля. Первые промышленные предприятия были созданы здесь в 1774 году, а уже к 1782 году в Крезо, впервые во Франции, начали лить чугун с использованием кокса. С 1782 в городе начала развиваться военная промышленность. При Революционном Правительстве эти заводы были государственными, затем, во времена Империи, их вернули частным владельцам, хотя они продолжали получать большие военные заказы от Императора. После мира 1815 года заводы неоднократно меняли хозяев, пока в 1835 году не попали в руки братьев Адольфа и Эжена Шнейдер, основавших фирму «Schneider & Co».
В 1867 году фирма прославилась тем, что стала первым предприятием выпускавшим, как корабельную броню, так и орудия. После внедрения бессемеровского процесса и освоения выпуска качественной стали с добавками никеля, «Schneider & Co» быстро развивалась и вскоре стала владельцем обширного участка земли возле Гавра, где создала гигантское предприятие, почти такое же, как в Крезо. Поэтому, когда речь идет об орудиях «Крезо», подразумевается, что они произведены французским гигантом «Schneider & Co», вне зависимости, где собственно изготовлены — в Крезо или Гавре.

Сайт: http://samlib.ru/t/toder_o_j/artfrance.shtml