Military Crimea

А. Вельможко (Одесса)
Тайна неудавшегося обстрела Одессы и Дарданельская операция в 1915 г.

Во время Первой мировой войны Одессу только один раз непосредственно коснулись боевые действия. Это произошло 29 октября 1914 г., когда Турция вступила в войну. 3 апреля 1915 г. почти произошёл второй боевой эпизод в жизни Одессы 1914-1917 гг. В итоге этого несостоявшегося эпизода турецкий флот лишился одного из своих крейсеров, а русский затем пополнился этим же крейсером.
Летом 1914 г. соотношение сил на Чёрном море между русским и турецким флотами было таково, что в случае войны выход турецкого флота из Босфора казался фантастикой. Основной причиной этого было то, что Османская империя уже несколько столетий находилась в состоянии упадка, а Россия хотя и не всегда быстро, но развивалась.
К лету 1914 г. в турецком флоте только несколько кораблей могли решать ограниченные боевые задачи. К ним принадлежали малые бронепалубные крейсера «Гамидие» и «Меджидие», а также 4 довольно современных эсминца типа «Гайрет-и-Ватание». Кроме того, имелось ещё 2 броненосца типа «Хайреддин Барбаросса», 4 миноносца французской постройки, а также некоторое количество практически небоеспособных канонерок и миноносцев. Характерной особенностью турецкого флота было полное отсутствие (!) боевой подготовки.
Русский флот мог выставить против всего этого 5 броненосцев, 2 крейсера типа «Кагул», 17 эсминцев и до десятка подводных лодок. Велось строительство четырёх дредноутов. Вступление в состав флота первых двух — «Императрицы Марии» и «Императрицы Екатерины великой» — ожидалось летом 1915 г., «Императора Александра III» — в 1916 г, и «Императора Николая I» — в 1917 г.
В то же время ситуация могла коренным образом измениться в связи с достройкой в июле-августе двух линкоров-дредноутов, строящихся в Англии для турецкого флота. Каждый из них мог в одиночку расправиться с всем русским флотом. Начавшаяся Первая мировая война решила эту проблему — линейные корабли были реквизированы Англией и включены в состав Гранд-флита.
Начавшаяся война не оставила Турцию у разбитого корыта (точнее — с разбитыми корытами). 10 августа 1914 г. в Дарданеллы пришли два германских корабля — линейный крейсер «Гебен» и лёгкий крейсер «Бреслау», составлявшие Средиземноморскую дивизию немецкого флота. Оба корабля были фиктивно проданы Турции и получили новые названия: «Гебен» — «Султан Селим Явуз» и «Бреслау» — «Мидилли». Командующий Средиземноморской дивизией контр-адмирал В. Сушон стал командующим турецким флотом. «Гебен», имея 10 280 мм орудий, мог уничтожить любой русский корабль и, как мы указывали выше, мог сражаться вообще со всем русским флотом. Высокая скорость позволяла бывшим германским кораблям удерживать инициативу.
В среде высшего руководства Османской империи разногласия по поводу вступления страны в войну против Антанты были обычным делом. Порту останавливало то, что страна была абсолютно не подготовлена к войне. Сушон привёл флот в состояние относительной боеспособности, организовал боевую подготовку. А затем буквально втолкнул Турцию в войну на стороне блока Центральных держав. Внезапное нападение германо-турецкого флота на русские порты, в том числе и на Одессу, поставило турецкое правительство перед свершившимся фактом. В Одессе миноносцы «Муавенет-и Миллет» и «Гайрет-и-Ватание» потопили канонерку «Донец», а также обстреляли город и порт. «Гебен» обстрелял Севастополь, потопил минный заградитель «Прут» и повредил эсминец «Лейтенант Пущин». Крейсер «Бреслау» поставил мины в Керченском проливе, на которых подорвались и затонули пароходы «Ялта» и «Казбек».
В результате этих действий турецкого флота русская Ставка поставила Черноморскому флоту следующую главную задачу: не допускать высадки неприятельского десанта в районе Одессы (!?). Для выполнения этой задачи был сформирован специальный отряд, в состав которого входил старый броненосец «Синоп».
Всё же основным видом деятельности Черноморского флота стали блокадные действия у Босфора и Угольного района с портами Зонгулдак и Эрегли, а также воздействие на турецкие коммуникации. Это выражалось в обстрелах крупных портов, крейсерских действиях флота по перехвату транспортов. Значение этого было весьма велико, так как снабжение турецкого флота углём и армии шло исключительно по морю. Всякое прекращение подвоза ставило армию и флот Турции в катастрофическое состояние. Черноморский флот действовал всегда в полном составе. Любое разделение сил было фатальным: «Гебен» был сильнее и быстроходнее любого русского корабля, за исключением четырёх новейших эсминцев типа «Гневный».
В таких условиях 18 ноября 1914 г. произошёл бой у мыса Сарыч. «Гебен» пытался перехватить возвращавшийся из очередного крейсерства Черноморский флот. В ходе 14-минутного боя он получил, по различным данным, от 1-го до 14-ти попаданий и поспешил скрыться. Русский флагманский броненосец «Евстафий» получил 4 попадания. Показательно, что со стороны русских успешную стрельбу вёл только флагман. Другие броненосцы занимались «стрельбой по чайкам из двенадцатидюймовых пушек», либо вообще не стреляли. Такая успешная на учениях в мирное время централизованная стрельба в реальном бою показала себя во всей красе. Этот бой показал, что дредноут («Гебен») сильнее одного броненосца, но слабее флота броненосцев.
13 декабря «Гебен» подорвался на двух минах в районе Босфора. Несмотря на ещё не ликвидированные тяжёлые повреждения, он неоднократно выходил в море. Делалось это для того, чтобы показать русским, что ничего особенного не произошло.
28-го марта 1915 г. Черноморский флот впервые обстрелял укрепления Босфора. «Гебен», ремонт на котором близился к завершению, уже мог развивать скорость 20 узлов. Пользуясь частичным восстановлением боеспособности линейного крейсера, Сушон решил обстрелять Одессу.
Мотивацией было возмездие за обстрел русскими Босфора. Лорей считает, что «Одессе … следовало дать почувствовать невозможность поддержания дальнейшего безопасного судоходства…»
Так или иначе, но задуманная операция начала осуществляться. Крейсера «Меджидие», «Гамидие», а также 4 миноносца, наскоро оборудованные для траления мин, получили приказ нанести наибольший вред русским в Одесском порту и в районе перед портом. Командиром этого отряда стал германский командир крейсера «Меджидие» корветтен-капитан Бюксель.
Со стороны Севастополя отряд должен был прикрываться «Гебеном» и «Бреслау».
1 апреля отряд Бюкселя вышел из Босфора. В ночь на 3 апреля он находился в районе Одессы.
Рано утром 3 апреля в 4.45 с турецких эскадренных миноносцев увидели берег. Через некоторое время турки выяснили, что находятся у Одесской банки. Справа от кораблей находился входной створ на фарватер к Николаеву. Отряд сбился ночью с курса и вышел к берегу примерно на 15 миль восточнее намеченного места.
Бюксель приказал изменить курс и идти на запад — прямо к Одессе. Он предполагал начать обстрел с севера и переместиться затем к югу и юго-востоку.
Отряд двигался в следующем порядке: головными шли два миноносца типа «Канэ» — «Ташос» и «Самсун»; в 3-х кабельтовых за ними два миноносца типа «Шихау» — «Муавенет-и-Миллет» и «Ядигар-и-Миллие» с тралами; за ними примерно в 2,5 кабельтова крейсер «Меджидие» и в 4-х кабельтовых за ним крейсер «Гамидие». Крейсера шли точно в кильватер миноносцам-тральщикам.
Около 6 часов турки увидели Одессу, освещаемую поднимающимся со стороны моря солнцем.
Внезапно для турок в 6.40 «Меджидие» подорвался на мине. Это произошло в 15 милях к западу-северо-западу от Воронцовского маяка. Взрыв произошёл с левого борта крейсера в районе носового котельного отделения. «Меджидие» стал быстро погружаться носом, имея сильный крен на левый борт. На крейсере застопорили машины. «Меджидие» ещё некоторое время двигался по инерции с целью посадки на мель ради спасения личного состава. Вскоре корабль сел на мель. Глубина моря в районе минного заграждения составляла 12,8 м. После посадки на дно крен уменьшился до 10°. Были пущены в действие все водоотливные средства, однако из-за значительных разрушений это эффекта не давало. Котельные отделения затапливались, что лишало корабль энергии. Носовая часть крейсера погружалась всё глубже и глубже, крен постепенно нарастал. Скоро весь бак и левый борт оказались под водой. Людям уже не представлялось возможности без риска для жизни перебираться на ещё не затопленный правый борт.
Из-за небольшой глубины «Меджидие» не мог затонуть полностью. Поэтому турками были приняты меры по уменьшению его боеспособности в случае подъёма русскими. Затворы орудий были выброшены за борт, уничтожена радиостанция. Миноносцы сняли команду крейсера.
В 7.20 по приказу Бюкселя «Ядигар-и-Миллие» выпустил по затонувшему «Меджидие» торпеду для окончательного уничтожения корабля. Торпеда попала в кормовой погреб. Корпус «Меджидие» выпрямился, а затем погрузился так, что над водой остались трубы, мачты, надстройки и орудия. Верхняя палуба погрузилась примерно на 0,5 м под воду.
Естественно, что происходившее не осталось без внимания русских. Выйдя в море, главные силы флоты вошли в контакт с «Гебеном» и «Бреслау». Примечательно, что линейные корабли-додредноуты были наведены на противника авианосной авиацией. В составе флота тогда уже было несколько кораблей — гидрокрейсеров,- имеющих на борту гидросамолёты. «Гебен» и «Бреслау» были атакованы новейшими эсминцами типа «Новик». И на этот раз германо-турецкие корабли благополучно ушли от преследования в Босфор, потопив незадолго до обнаружения самолётами два русских каботажных парохода.
Какова же была дальнейшая судьба «Меджидие»? 8-го июня 1915 г. он был поднят. После предварительного ремонта в Одессе крейсер был переведен в Николаев, где на нём произвели капитальный ремонт и перевооружение. В июне 1916 г. после годичного ремонта он вошёл в состав Черноморского флота под названием «Прут» — в честь погибшего в самом начале войны минного заградителя. Интересно, что одесская пресса сначала «переименовала» его в «Адмирал Корнилов».
Российская пресса расценила неудавшийся обстрел Одессы как попытку варварского уничтожения мирного города, убийства мирных граждан, пришедших в храмы для утреннего богослужения.
В составе русского флота «Прут» плавал недолго. До развала флота осенью 1917 г. он успел принять участие в нескольких операциях. 1-го мая 1918 г. он был захвачен в Севастополе немцами, вторгшимися в Крым. Крейсер был передан своим прежним хозяевам — туркам, где ему вернули прежнее название. Своего рода «плюсом» для турок было то, что русские капитально отремонтировали поднятый ими «Меджидие» — во многом благодаря этому ремонту крейсер находился затем в составе турецкого флота аж до 1947 г. В составе турецкого флота «Меджидие» служил до 1947 г. и был разобран на металлолом в 1952-56 гг.
Со стороны Эгейского моря турецкий флот был наглухо заблокирован объединённым англо-французским флотом. Надводные корабли турок лишь дважды за всю войну выходили из Дарданелл — первый раз 13 мая 1915 г. миноносец «Муавенет-и-Миллет» потопил торпедой английский броненосец «Голиаф», и второй раз — рейд «Гебена» и «Бреслау» 20 января 1918 г., когда ими были потоплены два английских монитора. Эта операция стала для «Бреслау» последней — он затонул, подорвавшись на пяти минах. Немецкие подводные лодки, базировавшиеся в турецких портах, не раз добивались громких успехов, уничтожая английские броненосцы.
Успешная для русской Кавказской армии Сарыкамышская операция породила у англичан беспокойство. Они всерьёз опасались, что русские выведут Турцию из войны ещё одним мощным ударом на Кавказском театре и захватят Константинополь. По этой причине Черчилль при поддержке Китченера выступил с инициативой провести операцию по форсированию Дарданелл силами флота. Считалось, что появление английского флота в Мраморном море резко усилит позиции проанглийской партии в Турции, лидером которой был наследник престола, сто, в свою очередь, вызовет переворот и выход Османской империи из войны. С другой стороны, англо-французам было необходимо установить контроль над Черноморскими проливами для того, чтобы осуществлять эффективное снабжение русской армии боеприпасами и снабжением в достаточных количествах. Ведь именно недостаток боеприпасов постоянно сковывал русскую армию и являлся причиной многих неудач. После закрытия Черноморских проливов Россия фактически находилась в блокаде. Идея демонстративной операции против Дарданелл, кроме того, всячески приветствовалась и русским командованием, видевшим в этом средство для отвлечения значительных сил турок с Кавказского театра. Помимо всего, Англия опасалась возможного наступления турок на Суэцкий канал.
Таковы были цели операции союзников по захвату Дарданелл. Первоначально её намеревались проводить исключительно силами флота. Такое, во многом ошибочное решение, объяснялось тем, что: во первых, не было свободных войск для высадки десанта; во вторых, лёгкостью прекращения операции; в третьих, Турция рассматривалась как германское средство отвлечения войск союзников с европейских фронтов. Силы флота, выделенные для операции, не годились для борьбы с береговыми укреплениями, хотя имели подавляющее превосходство над турецким флотом. Из новых кораблей линкор «Куин Элизабет» был отличным кораблём, который, правда, только что вошёл в строй и «испытывался» в боевой обстановке. Линейный крейсер «Инфлексибл» строился для исполнения чего угодно, только не для борьбы с береговыми батареями. Хотя, с другой стороны, именно он был бы главной силой союзной эскадры на случай выхода из Дарданелл «Гебена». Он просто в нужное время оказался в нужном месте. Остальные крупные корабли были старыми броненосцами.
Турки, возглавляемые немецкими военачальниками, создали в Дарданеллах мощную глубокоэшелонированную оборону. Наиболее опасными являлись подвижные гаубичные батареи, расположенные в складках местности и поэтому невидимые с кораблей. Их снаряды поражали наиболее слабо защищённые места кораблей — палубы. На создание обороны сильно повлияла бомбардировка дарданелльских фортов английскими и французскими кораблями 3 ноября 1914 г. Эти события показали, что в будущем возможно их повторение, но в большем масштабе.
С 19 февраля по 18 марта 1915 г. англичане и французы систематически пытались форсировать Дарданеллы. Эти попытки проводились флотом без поддержки на суше. В результате два броненосца погибли, подорвавшись на минах, линейный крейсер «Инфлексибл» и ещё два броненосца получили тяжёлые повреждения.
25 апреля началась новая фаза борьбы за Дарданеллы — теперь предполагалось ещё и высадить на Галлиполийском полуострове сильный десант. Турки имели возможность в течение месячной паузы в боевых действиях для подготовки к отражению нового удара.
Подготовка десанта союзников явно попахивала полнейшей халатностью. Как же иначе объяснить тот факт, что транспорты со снаряжением из-за неправильной погрузки пришлось отправлять на перезагрузку в Александрию. О мерах соблюдения секретности, естественно, не позаботились. В результате сосредоточенная уже 18 марта десантная армия численностью 60000 человек смогла высадиться только 25-26 апреля. Турки знали о готовящемся десанте уже 25 марта.
В момент высадки сухопутные силы противников по численности были почти равны. Однако бои заканчивались в пользу союзников только тогда, когда с моря их поддерживали огнём корабли. Следующие высадки положения не изменили. Дарданелльская операция превратилась в очередную мясорубку Первой мировой войны. Потеряв 145000 человек, союзники позорно эвакуировались 29 декабря 1915 г. — 9 января 1916 г. турки потеряли в этой бойне 186000 человек.
Союзникам здесь ещё крупно повезло. Ведь в районе Константинополя находилась целая турецкая армия, появление которой на Галлиполийском полуострове могло резко изменить ситуацию. Турки не сделали этого по следующим причинам. Действия английских подводных лодок в Мраморном море сделали судоходство там практически невозможным. А отсутствие железных дорог в этом районе позволяло осуществлять масштабные перевозки только морем. Другой причиной был хронический страх турок перед русским десантом прямо в Константинополь.
Сразу после Крымской войны Россия осуществляла планирование возможной войны с Турцией. Война 1877-1878 гг. показала, что в чисто сухопутной войне достигнуть победы можно только ценой больших жертв и потери времени. В связи с началом в 80-х гг. XIX в. возрождения флота на Чёрном море возникла идея проведения десантной операции в районе Босфора, получившей название Босфорской экспедиции. Проведя такую операцию, можно было одним ударом разгромить Османскую империю. При этом армии не требовалось проходить через все Балканы — Румынию и Болгарию,- или через всю Малую Азию. Для осуществления такой операции прежде всего требовался флот, значительно превосходящий турецкий. Флот строился: уже в 1883 г. были заложены три броненосца типа «Императрица Екатерина II», интенсивно развивался новый тогда класс кораблей — миноносцы, увеличивалось число судов Добровольного флота.
Русские броненосцы Черноморского флота изначально имели две задачи. Первая — традиционный эскадренный бой, вторая — борьба с укреплениями Босфора. По своим тактико-техническим данным русские броненосцы не уступали, а часто и превосходили иностранные корабли такого класса. В случае необходимости, трёх броненосцев типа «Императрица Екатерина II» вполне хватало для борьбы со всем турецким флотом, состоявшим из устаревших кораблей.
После разгрома в Русско-японской войне и революции 1905-1907 гг. Россия временно отказалась от идеи Босфорской экспедиции на неопределённое время. Состояние Черноморского флота вплоть до августа 1914 г., когда в Турции появились «Гебен» и «Бреслау», позволяло осуществить высадку десанта в Босфоре.
В 1915 г. Черноморский флот предпринимал систематические демонстративные действия против Босфора. Делалось это в качестве содействия англо-французской Дарданелльской операции. В случае успеха союзников русское командование предполагало, что демонстрация «… может быть развита включительно до занятия Босфора совместно Черноморским флотом и флотом союзников.».
С 28 марта по 10 мая 1915 г. Черноморский флот четыре раза обстреливал укрепления Босфора. Во время этих обстрелов русские броненосцы опасно разделялись: два броненосца обстреливали турецкие батареи, три других осуществляли прикрытие с моря. Каждую из частей русского флота мог уничтожить «Гебен».
Последний обстрел 10 мая был прерван «Гебеном», находившимся в это время в Чёрном море, и оказавшимся отрезанным от Босфора. «Гебен» напал на три броненосца, которые находились в прикрытии. Ни одна из сторон не добилась успеха до тех пор, пока все русские силы не соединились. Получив три 305-мм снаряда с подошедшего броненосца «Пантелеймон», «Гебен» поспешил ретироваться.
Русское командование открыто стягивало в Одессу войска. Готовились транспорты. Проводились учебные посадки войск на эти транспорты. Этими действиями турок просто обманывали, создавая у них впечатление о подготовке большого десанта.
Реально Черноморский флот ещё не имел достаточно сил для проведения десантной операции подобного масштаба. До ввода в строй дредноутов о высадке десанта в Босфор нельзя было и мечтать: постоянно существовала угроза со стороны «Гебена». Неудачи русской армии на Восточном фронте не позволяли выделить для десанта достаточно сил. То, что делалось в Одесском порту, было не более, чем демонстрацией, направленной на содействие Дарданелльской операции.
Реальные планы проведения Босфорской экспедиции возродились позже, в 1916 г. Успехи Кавказской армии сделали победу над Турцией делом ближайшего времени. Появление в составе Черноморского флота дредноутов дало ему безраздельное господство на море. Десант в Босфор намечался на 1917 г, однако тогда Россия уже начинала скатываться в бездну революций и гражданской войны.
Демонстративные действия русских против Босфора отвлекли значительные силы турецкой армии с Кавказского фронта и от Дарданелл. Это существенно облегчило ситуацию на вышеуказанных театрах боевых действий.
В свете вышеописанных событий нельзя однозначно расценивать попытку турок обстрелять Одессу. Частичные формулировки вроде мести за обстрел русскими Босфора имеют смысл, но не отражают полной картины событий. Точка зрения Лорея более точна. Говоря, что Одессе надо было показать невозможность поддержания безопасного судоходства, Лорею не хватило буквально одного шага до цели: под безопасным судоходством можно понимать переход транспортов с десантом в Босфор.
Как могла выглядеть ситуация в начале 1915 г. для турок?
Османская империя в данный момент находится под внешней угрозой с трёх сторон. С 18 февраля союзники предпринимают попытки провести флот в Мраморное море. 25 марта турки узнают о готовящемся десанте в Дарданеллах. 28 марта русский флот впервые обстреливает Босфор. Одновременно русские готовят в Одессе десантную армию. Уже более тридцати лет над Константинополем висит дамоклов меч русского десанта. И всё это на фоне морской блокады и катастрофического разгрома турецкой армии под Сарыкамышем. В недалёком будущем русская армия может захватить всю Малую Азию. Успех любой из трёх операций союзников грозит для Османской империи поражением в войне.
И тут у турок есть шанс ликвидировать угрозу на одном из направлений. План операции прост. «Гебен» и «Бреслау» своим присутствием сковывают русский флот где-то в центральной части Чёрного моря. Крейсера «Меджидие» и «Гамидие» в это время обстреливают Одессу, где могут уничтожить часть десантных транспортов. Плюс доказательство боеспособности турецкого флота: если «могучий» турецкий флот может спокойно обстреливать русские порты, то он может и защитить свои берега от десанта.
Эта операция являлась также одним из путей противодействия Дарданелльской операции, так как в случае успеха позволяла высвободить силы для отражения англо-французского десанта. Причём противодействия активного (операция по обстрелу неприятельского побережья не может быть пассивной) и косвенного (атаке подвергались не англичане и не французы).
План турок был обречён на успех. Однако дело решили русские оборонительные минные заграждения. Россия в то время лидировала в области минного оружия. Турки и немцы явно недооценили минную опасность. За что они и поплатились.